Творчество чеченской поэтессы Баны Гайтукаевой еще предстоит открыть широкому читателю. Ее поэтический дар вспыхнул в один из самых переломных периодов в новейшей истории чеченского народа – в конце XX века, когда Чечня стояла на пороге тяжелейших испытаний, уготованных ей судьбой. Бана, словно вещая птица, очень чутко воспринимала происходящие в обществе перемены и пророчески предостерегала в своих удивительно пронзительных строках об их трагических последствиях.
По признанию чеченских литературоведов М. Нашхоева, Ш. Цуруева и писателей М. Ахмадова, М. Бексултанова, она была «обнаженным нервом своего поколения, в ее творчестве выразились крик и боль».
Бана начала публиковать свои стихотворения в юном возрасте, ей было всего 15 лет, но с первых же своих лирических строк она выразила свою безупречную гражданскую и человеческую позицию, понимание истинного предназначения поэта в противостоянии несправедливости.
В день, когда погаснет свет
И уснут мои очи,
Не умолкай, моя песня,
Охраняя мой путь,
Против зла
Смело шагай (подстрочный перевод). [1, с. 3]
После смерти поэтессы вышло два сборника ее стихотворений – «Поэзия света» в 2004 году, в нем представлены произведения в переводе на русский язык и на чеченском языке [1], «Б1аьвнийн махкахь» («В Стране башен») в 2021 году на чеченском языке [2].
Хрупкая внешне и очень скромная, по признанию друзей и знакомых, девушка заявила о себе мощными, смелыми и бескомпромиссными поэтическими строками, в которых ей удалось удивительным образом передать образ тревожного времени конца XX века.
Истоки гражданственности Б. Гайтукаевой нужно искать в детстве. По свидетельству близких, она очень любила общение со своей бабушкой по отцу, память которой хранила многие фольклорные произведения чеченцев. Бана записывала старинные песни и легенды, которые услышала от бабушки, некоторые из них вышли в сборнике «Чеченский фольклор» в 1990 г. Бабушка рассказывала и о героических временах имама Шамиля, девочка внимательно слушала и снова и снова задавала вопросы….
Символично, что Бана родилась 23 февраля – этот день является «черной» датой чеченского исторического календаря. Несмотря на то, что Б. Гайтукаева ушла очень рано – в 35 лет, в канун военной трагедии в Чеченской Республике, 18 марта 1994 года, буквально сгорев от тяжелой болезни – лейкемии, она успела многое сказать нам, своим современникам, о многом предупредить, многому научить, заставила о многом сожалеть…
Одними из центральных символов ее поэтики являются сердце и душа. И это не случайно, ведь именно сердце и душа поэта вобрали в себя боль и страх, ощущение бездны, на пороге которой стоит Чечня, провозгласившая свою независимость и затеявшая пляски смерти на площадях и улицах Грозного. Общество раскололось на два лагеря: тех, кто видел в генерале советской армии Джохаре Дудаеве героя, благодаря которому станут достижимы вековые мечты горцев о свободе, и тех, кто трезво оценивал, что путь, по которому ведет мятежный генерал свой народ, – это путь в никуда, путь к очередному витку кровавой исторической развязки.
Остро ощущала благодаря своему особому поэтическому дару предвидения этот предписанный временем жестокий финал Бана. Ее страдающая от тяжелых предчувствий душа металась раненой орлицей в натянутых, словно нерв-струна, строках:
Я боюсь – ты станешь дымом
и развеешься, растаешь,
В жаркий порох обратишься
и взорвешься, мир пугая,
Выгоришь до горстки пепла.
Брат пойдет войной на брата,
Выхватив из ножен мира
жизнь-клинок для газавата.
Страшно мне – от ночи к ночи
тяжкие души рыданья
Ты несешь мне к изголовью.
Я боюсь, твои страданья
Я не вынесу…
Мне страшно…(Подстрочный перевод) [1, с. 12]……………………………………………………………………………………………………………………………………………………….
Продолжение читайте в журнале «Вайнах» №3. 2025
