ГАУ «Издательский дом»
Отсканированное изображение

Куклы ТЮЗа на сцене и в виртуальной реальности

Историю Чеченского театра юного зрителя любопытствующему легко найти на сайте Министерства культуры ЧР, на сайте ТЮЗа и по ссылкам местных и российских СМИ. Но человеку легко затеряться в потоке информации, а в реальной жизни он и так затерян и затюкан в сетях цифровых технологий. Так подумалось, увидев Руслана Хачукаева снова в ТЮЗе. Сам собой определился формат общения с ним – интервью, так как лучше, чем он, стоявший у истоков чеченского кукольного театра, не скажет никто.

Руслан Хачукаев – актер, режиссер, заслуженный деятель искусств ЧИАССР, награжден медалью «За заслуги перед Чеченской Республикой».
1973 – 1987 гг. – актер Республиканского театра кукол;
1982 – 1986 гг. – окончил Ярославский государственный театральный институт по специальности «Актер театра и кино»;
1987 – 1988 гг. – Высшие театральные курсы. ГИТИС им. Луначарского;
1987 – 1994 гг. – директор Республиканского театра кукол;
1987 г. – помощник главного режиссера по литературной части;
1989 г.– главный режиссер театра;
1989 – 1994 гг. директор Республиканского театра кукол.
1994 – 1998 гг. – главный специалист отдела искусств Министерства культуры.
1998 – 1999 гг. – заместитель директора Чеченского драматического театра им. Ханпаши Нурадилова.
2006 – 202I гг. художник-постановщик ЧГТЮЗ.
Роли:
Левша в спектакле «Левша» А. Замятина; Хачатур – «Про добро и зло и про длинный язык» Н. Осиповой; Волк, Лев – «Наш сюрприз» А. Цыганкова; «Хочу быть большим» Х. Мешкова; «Маленькая Баба-Яга» Ю. Коринец; «Слоненок» Г. Владычиной; «Аленький цветочек» С. Карнауховой и Браусевич; «Военная тайна» Лебедева и Кириловского; «По щучьему велению» Е. Тараховской; «Мальчик Рой» Т. Якоба; «Похождения ЧIирдига» М. Ахмадова. и др.

Если прикинуть, что природа квантового скачка может измениться с быстро меняющимся миром цифровых технологий, что мир и сознание ребенка не имеет никаких границ, что мир реальный и мир виртуальный в восприятии действительности детей и подростков давно уже один большой мир детства – с таких, немного фантазийных, но реалий, мы можем понять мир современного ребенка, подростка.


Дети XXI века и театр кукол. Театр кукол – живых, трепетных и материальных, которых нельзя двигать пальчиком по экрану смартфона – театр безгранично открытого мира, детского мира, жив, пока живут куклы в детстве. Только детству свойственно жить в сказке, в выдумке, причем с выдуманными им же самим историями своих же кукол. Истории, считай те же сказки, придуманные взрослыми, удостоятся их – детей – внимания и восприятия, если они будут придуманы человеком искренним, непосредственно и сугубо талантливым. А в кукольном театре еще и сыгранным.
С таких размышлений начался разговор с одним из старейших работников ТЮЗа Русланом Хачукаевым, и начался с такой раскадровки – куклы «до» – т.е. советских времен и куклы «после» – в сегодняшнем ТЮЗе.

– В чем отличие, кроме того, что зритель другой? Сегодня юный зритель – почти житель двух планет – реальности и виртуальности. Как быть театру в двухмерной их локации, какие куклы станут его героями? Анимешки с виртуала, которых они видят чаще, чем родителей, традиционные куклы, с живыми голосами, смешными повадками, неуклюжими, но очень подкупающими своей искренностью, потешные, серьезные?

Руслан Хачукаев. Мое личное мнение – сегодня в чеченском ТЮЗе много играется спектаклей в живом плане, т.е. артисты-кукловоды на сцене играют полноценные спектакли с частичным вводом кукол. Куклы нужны театру юного зрителя. Эта традиция столь древняя, что никакие изменения современного техногенного мира не отменят живое, теплое, родное отношение детей к кукле.

– Республиканский театр кукол в 2006 году переименован в Театр юного зрителя. Для театра кукол нормально играть только кукольные спектакли. Но переходя в новый статус, видимо, руководство имело в виду разноплановость репертуара и расширение новых творческих возможностей актеров-кукловодов?

– Актер-кукольник стоит за ширмой – вот она, закрытая ширма. Он там может лежать, сидеть. Ребенку не интересно, что и кто там за ширмой – ему интересно, что здесь кукла делает. Больше должно быть кукольного, лично мое мнение. В свое время мы объездили полстраны, брали свои куклы, декорации и с таким багажом налегке гастролировали. Но живой спектакль везти проблемно. ТЮЗ сегодняшний – это ж не драматический театр. Ребенку интересна кукла. Актер должен и куклой владеть, и в живом плане работать. А потом, у нас сейчас в репертуаре смешанные спектакли – и живой план, и куклы. К примеру, в спектакле «Сказка о царе Салтане», по сказке А.С.Пушкина, задействованы куклы Белочка, Царевна-Лебедь, Коршун.

– Расскажите о репертуаре кукольного театра, ведь вы в разных ипостасях проработали в театре, начиная с I973 года. Как вы думаете, что можно привнести на современную сцену из, несомненно, богатого, красочного репертуарного прошлого театра?

– Классика не стареет. То есть пьесы, которые раньше написаны, в разы лучше, чем современные. Я имею в виду не только чеченских авторов – вообще, тенденция идет к упрощению, – анимешки и т.д. Вот тот же Домбровский, который сейчас планирует приехать в Наур и поработать, ставил прекрасные кукольные спектакли. У нас же работают две труппы кукольников – русская труппа находится в Науре – это филиал нашего ТЮЗа. Есть пьесы. Сейчас можно спокойно взять то, что мы в I973 году ставили. Если мне тогда было девятнадцать лет, то нашим зрителям того времени сегодня 50.

И эти пятидесятилетние уже бабушки и дедушки сегодняшнего юного, младенческого даже, зрителя. Старых сказок много, очень интересных и поучительных, и даже необязательно где-то искать новую пьесу – возьми старую и покажи ее уже этому поколению. Новые интересные пьесы тоже есть, конечно, и на русском языке, и на чеченском.Но их очень мало. У нас как таковых драматургов и нет, а авторов, пишущих детские пьесы – так вообще, я не видел. Чаще всего режиссер-постановщик делает инсценировку – и вот, согласуя с автором произведения,как-то так создается спектакль. Я имею в виду современных писателей. Муса Ахмадов очень много для театра кукол написал пьес. Он тесно сотрудничает с ТЮЗом до сих пор. Есть Арби Усманов, он тоже много написал, и до сих пор пишет. Кстати, он же член приемной комиссии в ТЮЗе. Он как-то говорил, что у него наброски есть…


Куклы нужны с детского сада и вплоть до 7 класса. Таков контингент нашего зрителя. Я, можно сказать, хорошо знаю своего зрителя – за 40 лет работы в ТЮЗе знаю ситуацию и закулисную, и со сцены, и с зрительного зала. А теперь и внуки свои – вожу их на спектакли в ТЮЗ, смотрю, как они реагируют на представления. И вижу, насколько им близки и любимы куклы и кукольные спектакли.


При всех жизненных коллизиях я не расставался с театром юного зрителя. Всегда занимаюсь с молодежью, вне зависимости от того, работаю я там или нет. Методы передачи опыта проявляются во время репетиций сами собой, порой чисто на импровизации. Благо опыт у меня большой и разноликий – кем я только ни работал в ТЮЗе. Куклы-то разные бывают: есть напольные куклы, планшетные, тростевые и те, которые одеваются, как перчатка на руку – перчаточные – там же много всяких кукол. Вот они – актер и кукла – работают. В левой руке у актера-кукольника две трости, вот он держит куклу, но голова-то его поднята – он должен смотреть на куклу свою и говорить, т.е. озвучивать ее, а речь его персонажа должна звучать в зале четко и ясно.

Я говорю актерам на репетиции: положите руку себе на диафрагму: если вы сделаете поверхностный вдох – то лишь одно слово скажете и все – воздуха у вас нет в запасе. А если диафрагмой – можете говорить долго, четко, ясно. А еще приходится смеяться, попадать в артикуляционный ритм, в эмоциональный фон, при этом ходить, бегать, приседать, да мало ли… Это ж говорят куклы, характеры их и т.д. Там же эмоции. Да, живой план тоже нужен. Актер-кукольник, бывает, должен выходить на сцену как конферансье, как рассказчик, объявлять и т.д. Я не отметаю, что он драматические вещи не должен знать – должен знать. Актер – он должен быть во всех отношениях. Театр юного зрителя – он нужен и юношеству, а как же… Я это не отрицаю.

– Как сегодня воздействовать на внимание детей? Пока только внимание, заметьте. Куклы и телефоны? Совмещать, или только куклы?

– В этом-то и заключается задача – отвлечь. Если раньше надо было просто привлечь внимание и интерес ребенка к театру кукол, то сейчас сначала надо отвлечь его от телефона. А какие методы? Сначала мотивация должна идти от автора-драматурга, и как режиссер поставит. Я смотрю в You-Tube, допустим, какой-то отрывок из фильма, вечером иду на этот же спектакль и спектакль мне понравится в разы больше. Вот и все. Так же и с ребенком – оторвать его оттуда, показать здесь. Это тяжелейшая задача.

– А может из телефона какую-то сказку, сюжет – и все то, что тянет ребенка к экрану, вывести на сцену?

– Только при одном условии – название должно быть другое. Был Ваха Джамалдаев – директор театра. Кстати, он один из первых отправил нас на высшие театральные курсы при ГИТИСе. Так вот, от отца Вахи я услышал такие слова: «Нохчийн гIиллкхаш дIакхехьа хала ду дегIан тамбеш» («Очень трудно придерживаться чеченского этикета и традиций, потакая собственным капризам»). Смысл там огромный. Сегодняшняя молодежь не видела наши спектакли. Я имею в виду, что им будет интересно, какие кукольные спектакли смотрели их родители, какие куклы им нравились, в какие куклы родители играли, будучи детьми, – и их детям будет так же интересно. Старые пьесы можно спокойно восстановить, хотя бы две-три пьесы.

– Традиция и современность. Как вы видите их слияние и в чем оно сегодня?

– В самих этих двух словах обозначена и проблема воспитания – как современную юную аудиторию подвести к традициям народа, к его обычаям, культуре социализации, личной культуре, какими механизмами воздействия на детскую психику владеет театр юного зрителя, какие средства, методы использует или должен использовать. Вот в этом проблемы сегодня.
Я бы обратил сегодня и акцентировал внимание на чеченский язык, на чеченских авторов, писателей, поэтов, драматургов. Язык, и еще раз, родной язык. С любого языка можно перевести на чеченский язык любую пьесу.

И чем ближе пьеса по духу (чеченскому), тем лучше. Идея должна быть, и она есть в старых пьесах, в которых играли мы. Язык – очень важная составляющая нравственности здорового общества. А у нас, у чеченцев, слово – дош (слово) – мерило чести и достоинства человека, юноши. Когда перестали носить кинжалы на поясе, за языком перестали следить, сказал кто-то умный. Вот и происходит с нашим юным поколением сейчас то, что происходит – телефоны, гаджеты влияют на их еще не окрепшие умы, на затуманенное шквалом беспорядочной цифровой информации сознание. Искажается само восприятие мира. А мир – он разный, и не всегда совпадает с миром и идеалами чеченского народа. Вот поэтому я говорю, что театр юного зрителя нужен и юношеству. Даже семнадцатилетним.

– Вы профессионал, который находится на преломлении, на стыке двух эпох и нескольких смен детских поколений – и на ваших спектаклях выросло почти три-четыре поколения детей. Какие планы на сегодня у вас? Каков сегодняшний юный зритель, по-вашему? Что вы ему предложите?

– Сегодня у детей больше информации, чем у детей прошлых лет. Сегодня им интересен интернет и т.д. Нет ничего лучше личного участия и живого общения. И самое главное, мы, актеры, должны взять на себя большую часть воспитания. Показать все лучшее, что есть у нашего народа. Я говорю о театре юного зрителя, как о главном театре Чеченской Республики, потому что начинать надо с детства. Конечно, радует, что у нас много театров есть в республике. Грозный – город четырех театров. Потом, еще в Гудермесе есть драмтеатр, в Аргуне есть. А ребенку что? Ему интересна кукла прежде всего. И у него есть театр, свой – театр юного зрителя. Это очень хорошо. ТЮЗ должен учитывать интересы юного зрителя прежде всего – интересы детей, юношества. И только обратный интерес детей к нашему творчеству – наш капитал, и мы должны воспользоваться этим в своей работе.

Когда так говорит мастер, поставивший на службу детскому театру свой талант, материализовавший свои мысли и идеи в конкретные действия и дела – вот уже более 40 лет организует мир театра для самых искренних и лучших его зрителей – детей, то убеждаешься в правильности и точности его же слов: «А мир – он разный, и не всегда совпадает с миром и идеалами чеченского народа. Вот поэтому я говорю, театр юного зрителя нужен»
Руслан Хачукаев – герой многих публикаций советского прошлого. Беседовать с ним, писать о нем, вернувшемся после небольшого перерыва под своды Театра юного зрителя («под ширму кукольного мира», как он сам говорит), значит ,узнавать театр и прошлого, и современности.
Актеры-кукольники живут под ширмой. И каждому ребенку всегда интересно заглянуть за нее. Но после общения с Русланом интерес этот проявляется и у взрослого (ведь в каждом из нас живет ребенок): действительно, а что там за ширмой, что там делают кукловоды – их речь, пластика, непредсказуемые и неведомые зрителю ситуации?..

Беседовала З. Муртазалиева

Вайнах №2. 2022

Оставить комментарий

Your Header Sidebar area is currently empty. Hurry up and add some widgets.