На острие взаимоотношений, с одной стороны, Российской власти в лице военизированного казачества вдоль Терской линии и российских военных подразделений во главе титулованных генералов и других военачальников, и, с другой стороны, горцев, в том числе и чеченцев, в лице отдельных личностей – предводителей групп наездников в начале XIX-го века заявил о себе совсем еще молодой Бейбулат Таймиев. По сведениям одних историков житель селения Гельдиген, по сведениям других же Таймиев являлся уроженцем селения Бильты, находящего недалеко от Ножай-юрта.
Военная агентура российской армии, видимо, предоставила достаточно сведений и донесений начальству, говорящих о том, что ряд серьезных набегов со стороны чеченцев организовывались Бейбулатом Таймиевым или проходили под его руководством и при его непосредственном участии. В частности, похищение 27 сентября 1802 года Кабардинского пристава Дельпоццо приписывалось Бейбулату, и именно к этому периоду надо отнести начало распространения его имени среди чеченцев.
Для правильного понимания событий тех лет, надо обратить серьезное внимание как читателей, так и историков изучающих данный вопрос, на тот факту, что ни один из наездников, совершавших набеги за Тереком, не был делегирован на это народом или даже одним своим селом. Более того, все что ими совершалось – совершалось без какого-либо ведома и согласия народа. Но в тоже время надо признать и такой факт – подобные набеги не получали открытого осуждения со стороны односельчан. Это, конечно, не значит, что набеги одобрялось народом – почти каждый раз по их результатам российское военное руководство предпринимало ответные, а то и «профилактические» опустошительные рейды по чеченским селам. Могло ли подобное развитие событий радовать простых чеченцев? Нет, конечно! Но факт остается фактом…………………………………………….
Продолжение читайте в журнале «Нана» №1. 2025
